62 >

откашливалась, ловя  воздух ртом, принялась обрезать ее темные мокрые волосы
под самый корень. Закончив стрижку, Никки снова макнула девчонку в  корыто и
взяла лежавший рядом  на  стиральной доске кусок желтого мыла. Рывком подняв
девчонке  голову,  она  яростно  стала  мылить  стриженый затылок.  Девчонка
попискивала,  размахивая  ручками-спичками  и  цепляясь  за кожаную  полоску
вокруг  шеи,  с помощью  которой Никки  удерживала  ее.  Никки  поняла,  что
причиняет ей боль, но, охваченная яростью, едва отдавала себе в этом отчет.
     --  Да что с тобой такое! -- встряхнула Никки охнувшую девчонку.  -- Ты
что, не знаешь, что на тебе вши кишмя кишат?!
     -- Но... но...
     Мыло было жестким и грубым, как терка. Никки наклонила девочке голову и
принялась намыливать еще усердней. Девушка жалобно пискнула.
     -- Тебе нравится ходить с полной головой вшей?
     -- Нет...
     -- Нет, нравится! Иначе зачем ты их развела?
     -- Пожалуйста! Я постараюсь быть хорошей! Буду мыться! Обещаю!
     Никки вспомнила, как люто она ненавидела вшей, которых иногда приносила
из тех  мест,  куда  ее посылала мать. Она  помнила, как скребла себя  самым
жестким мылом, какое только удавалось  отыскать, -- и все для того, чтобы ее
опять отправили в такое место, где она снова подцепит этих пакостных тварей.
     Намылив и ополоснув  голову девчонки раз десять, Никки наконец оттащила
жертву к корыту с чистой водой и наклонила  над ним, чтобы промыть. Девчонка
сердито моргала, пытаясь избавиться от щиплющей глаза мыльной воды.
     Схватив девочку за подбородок, Никки поглядела в покрасневшие глаза.
     -- Не сомневаюсь, что твои вещи тоже завшивлены и полны гнид. Ты должна
стирать свои вещи  каждый  день  -- особенно исподнее,  -- иначе  вши тут же
появятся снова.  --  Никки сдавила  щеки девочки  так,  что у той  на  глаза
навернулись   слезы.  --  Ты   достойна  лучшего,   чем   ходить  такой  вот
запаршивевшей! Ты что, не знаешь?
     Девочка  отчаянно  попыталась закивать.  Огромные темные  умные  глаза,
красные от  мыла и огромные от ужаса, все еще хранили  то самое неповторимое
выражение восторга.  Какими бы болезненными и пугающими ни были пережитые ею
минуты, ничто не могло уничтожить это выражение.
     --  Сожги свою  постель. Заведи  новую. -- Судя по тому, как  живут тут
люди,  это было безнадежной затеей. -- Вся  твоя семья должна сжечь постели.
Перестирать все белье и одежду.
     Девочка кивнула.
     Выполнив  задачу,  Никки отволокла  девочку обратно  к  толпе. Таща  ее

Следующая

62 >