75 >

заставил голштинку  замедлить  шаг. Щурясь на  ярком солнце,  он внимательно
приглядывался к завалу.
     Похоже, деревья упали  сами собой  в самом начале войны.  Лихие  люди к
этому не имеют отношения.
     Его тележка  подкатила к  первому  стволу и остановилась.  Хм-м. Поверх
стволов навален щебень и земля -- своего рода узкий мостик. Будь у него ноги
или путешествуй он  на велосипеде  --  вмиг  бы  переехал и  оказался  по ту
сторону  завала.  Но  он на большой  тележке,  неповоротливой, неустойчивой.
Такой утлый переезд не для нее.
     -- Язви твою душу! -- в сердцах сказал Тибор.
     Он   сидел   в  неподвижной   тележке.  Ветер  тихо  посвистывал  между
поваленными  стволами.  Человеческих  голосов  не  слыхать. Откуда-то  очень
издалека  доносится неясный  звук -- не то собака воет, не то какая-то птица
постанывает. Издалека невнятно -- "У-у, у-у".
     Тибор досадливо сплюнул и еще раз осмотрел завал и мосток через него.
     "Авось  пронесет, --  подумал  он. -- А что, ежели, не приведи господь,
застряну? Эх, была не была!"
     Он вцепился  манипулятором в рулевое колесо, причмокнул  -- и голштинка
тронулась с места. Тележка  еще прокатилась по бурьяну, росшему на дороге, и
въехала на узенькую  насыпь  из щебня и  земли поверх древесных стволов.  Ее
колеса  заходили ходуном,  поднимая  облачка рыжеватой  пыли и  обеспокоенно
поскрипывая.
     И вот тележку повело, одно колесо не уместилось на щебенке, соскочило с
ненадежного мостка, угодило между стволов...
     Словом, застрял.
     "Да,  недалеко  же  ты  уехал",  --  насмешливо  подумал  он.  Но уже в
следующее мгновение его захлестнул животный, тошнотворный страх.
     К  горлу подступило  что-то  кислое, грудь и плечи словно горели, кровь
прилила к голове -- он почти ошалел от позора. Застрять так недалеко от дома
--  какое  гадкое   унижение!  "Вдруг  кто-нибудь  увидит   меня  тут  --  в
полуопрокинутой  тележке,  пойманного,  как  медвежий  язык  в  расщепленной
колоде. То-то они будут ржать. Животы понадрывают. Посмеются надо мной -- да
и проедут  мимо. Нет, окстись! Разумеется, они помогут. Что  это  со мной --
неужели  я стал так цинично  смотреть на род  людской?  Помогут, конечно же,
помогут!"
     Чтобы  отвлечься  от  своей  беды,  Тибор  достал  замусоленную  ветхую
ричфилдовскую карту и стал изучать ее --  вдруг  да и найдется  какая-нибудь
подсказка, как выйти из убийственного положения.
     Он быстро сориентировался, где именно находится. Пройдено миль тридцать

Следующая

75 >