Роджер Желязны, Филипп К.Дик. Господь гнева - Глава 1
3 >
цыплятами. Это мексиканское отродье светилось в темноте и немилосердно
гадило...
"Ну и ладно, пусть себе гадят. Маленькая стая прелестных засранцев --
потомков достославного Герберта Джи, который во время оно заклевал насмерть
всех своих соперников и утвердился в роли патриарха. Был всем петухам петух!
-- с грустью припоминал его отец Хэнди. -- Ныне Герберт Джи покоится в саду,
где плоть его дожирают червяки да жуки. Жуки-мутанты. Жирные, как не знаю
что".
Священник на дух не переносил этих жуков -- поразвелось тварей! Вон их
сколько -- и таких разных -- прет отовсюду... Так что он души не чаял в
любых жукоедах и всем сердцем любил своих пернатых друзей. Птиц, смешно
сказать, любил, а вот людей...
Но люди иногда являлись. Неизменно -- во вторник, в день церковного
праздника, установленного (сознательно, нарочито) взамен устаревшего
христианского воскресенья.
Отец Хэнди, находясь внутри здания, в жилой пристройке, нутром
чувствовал, как на заднем дворе Тибор распрягает свою голштинку. Затем
инвалидная коляска своим ходом, благодаря электромотору, катит в церковь --
по специально сооруженному деревянному настилу. А сейчас калека, порыгивая,
берет себя в руки -- экие злые шутки играет язык, когда говоришь о калеке!
-- иначе говоря, собирается с духом, готовясь продолжить прерванную вчера на
закате работу.
Отец Хэнди обратился к своей супруге Или:
-- Будь добра, позаботься о горячем кофе для него.
-- Хорошо, -- ответила та.
Смирная пигалица, сухонькая и морщинистая. Не без брезгливости он
наблюдал за движениями ее бессочного, дряблого тела, покуда она покорно
доставала чашку и блюдце, -- без любви делает, без тепла в душе, верная
служанка своего мужа -- и не более чем служанка.
-- Доброе утречко! -- весело крикнул Тибор. Это в нем чуть ли не
профессиональное -- быть всегда веселым, даром что на душе кошки скребут и
подташнивает от тоски.
-- Черный, -- сказал отец Хэнди. -- Горячий. Уже готов.
Он посторонился, чтобы громоздкая тележка проехала по коридорчику в
церковную кухню.
-- Утро доброе, миссис Хэнди! -- сказал Тибор. Не оглядываясь -- не
любила она глядеть на калеку, Или Хэнди прошуршала:
Доброе утро, Тибор. Мир тебе, и да пребудет с тобой Дух Святой.
-- Мир или мор? -- спросил Тибор, подмигивая отцу Хэнди.
Ответа не последовало -- смирная пигалица прилежно хлопотала по