16 >

английскому слову  "layer"... Да,  слой  негативной  пленки  --  если на нее
попадет  свет, то в  результате  химической  реакции  она станет  совершенно
мутной, обретя  качество  полной пустоты, глаукомной  слепоты.  Что-то вроде
эдиповых странствий  --  все, что он видел, точнее, не  сумел увидеть. Глаза
его не утратили способность видеть -- просто были безнадежно зашорены чем-то
вроде мембраны. Вот почему отец Хэнди  не ненавидел  Карлтона  Люфтойфеля --
миллиард погибших от ГРБ отошел в мир иной не столь ужасно, как те миллионы,
которых американский нервно-паралитический газ обрек на самопожирание.
     А  впрочем,  все  это положило конец бойне. После  выпадения смертельно
ядовитых  осадков  силы для ведения войны истощились.  Война закончилась  за
недостатком вояк. "De mortius nil nisi bene", -- подумал отец  Хэнди,  -- то
есть о мертвых только хорошее. А что хорошее о них можно сказать? Ну хотя бы
это:  вы  умерли  из-за  идиотов,  которых сами избрали  себе в  правители и
защитники и  в  сборщики умопомрачительных налогов. Остается только  гадать,
кто был дурее -- избранники или избиравшие? В итоге погибли и те и другие. И
Пентагон, и Белый дом, и такие прочные убежища для особо важных персон -- от
них и руин не осталось, развеялись пылью... Нет, de mortius nil nisi  malum,
-- мысленно исправил он древнюю мнимую мудрость, -- о мертвых только плохое.
Так-то  оно  ближе  к  жизни.  Покойники  были дураками  -- их  непроходимая
глупость достигала истинно сатанинского масштаба!"
     Инертность   человеческого   стада  была   просто-таки   восхитительна!
Почитывали  газетки и  таращились в  ящик для дураков и  пальцем о палец  не
ударили  даже после того,  как  Карлтон  Люфтойфель  в 1983 году произнес  в
Шайенне свою программную речь, которую  журналисты окрестили "Речью о ложной
магии  цифр".  В этом  выступлении  Карлтон  Люфтойфель без обиняков  заявил
следующее: великим  заблуждением  является то, что для  выживания  нации  во
время тотальной войны  необходимо некое минимальное число спасшихся. Сила  и
жизнеспособность нации лежит  не в  конкретных человеческих единицах, а в ее
"ноу-хау" -- то есть в накопленных знаниях и методике их применения.
     Это  было  сказано с  большой  помпой,  вдохновенно, округло  и вызвало
немало одобрительных кивков с самых разных сторон. Его  речь приравнивали по
значению и  отчетливости формулировок к  знаменитой Фултонской речи Черчилля
-- декларации холодной войны, оглашенной несколькими десятилетиями раньше.

Следующая

16 >