10 >

ловитву сеть со слишком крупной ячеей.
     Отец Хэнди произнес эти  слова  во  весь  голос,  яко соединяющие их  с
Тибором за тем, что те, христиане, величали вечерей любви. Но в этих
строках
был явлен смысл более высокий: в них была Любовь, Человек и Красота -- новая
Троица.
     Ich sih die liehte heide in
     gruner varwe stan.
     Dar suln wir alle gehen,
     die sumerzit enphahen.
     После того как священник  это произнес, Тибор  солидно кивнул  и  снова
занялся сложным  процессом поднесения  чашки  к  своим губам.  Когда  хитрый
механизм установил чашку в  нужном положении,  калека-художник стал медленно
отхлебывать кофе. В комнате воцарилась  тишина.  Даже Или, представительница
болтливой части человечества, хранила молчание.
     Снаружи громко сопела и  недовольно пофыркивала, переминаясь с ноги  на
ногу,  пегая коровенка,  возящая  тиборовскую тележку. "Наверное,  ищет чего
поесть, -- подумал отец Хэнди, -- и ничего не находит. Ей пища нужна  только
для тела, нам нужна пища и для души. Иначе помрем. Нам никак нельзя без этой
фрески. Придется Тибору совершить странствие длиной в тысячу миль -- а ежели
его  голштинка падет в дороге  или батарея перестанет работать,  тогда и  мы
погибнем вместе с ним -- "в смерти не пребудет один"".
     Он мог только гадать, ведомо ли это самому  Тибору.  Ах, если бы знание
этого помогло Тибору! Но скорее всего не поможет.
     Поэтому отец Хэнди промолчал. В этом мире ничто не помогает.

Следующая

10 >