Филип Дик. Глаз в небе - ФАЙНБЕРГ ОБЪЯВЛЯЕТ О НОВОМ ОТКРЫТИИ:
106 >
Шумана, тяжеловесные концерты, привычные для слуха человека пуританских
устоев. Утрата любимой коллекции Бартока привела Джека в страшное уныние.
Вещи Белы Бартока лучше всего ложились Джеку на душу, отзываясь самыми
интимными переживаниями. Нет, жить в мире миссис Притчет нельзя -- старуха
оказалась пострашней Тетраграмматона.
-- Как теперь? -- почти машинально спросил он, убавив свет лампы почти
до нуля. -- Свет больше не бьет в глаза?
-- Он и не бил, Джек! -- откликнулась Силки. Смутное беспокойство
отразилось у нее на лице. -- Странно... Я не вижу, куда идти. Боюсь,
упаду!..
-- Упадешь -- так найдем! -- усмехнулся Гамильтон. -- Что будешь пить?
Где-то тут оставалась бутылочка виски
Дернув дверцу бара, он опытной рукой пошарил внутри. Пальцы обхватили
горлышко бутылки. Одновременно он нагнулся за стаканами. Бутылка показалась
подозрительно легкой -- ближайшее ознакомление подтвердило отсутствие
выпивки.
-- Тогда хлебнем мятного ликера, -- вздохнул Джек. -- О'кей?
"Дафнис и Хлоя" уже наполняли полутемную комнату великолепием страсти и
неги. Джек подвел Силки к тахте и усадил девушку. Она послушно взяла рюмку
ликера и чинно пригубила. Джек с видом судебного эксперта на месте
преступления расхаживал взад-вперед, то регулируя звук, то убавляя, свет.
Потом взбил подушку на тахте, убедился в том, что дверь заперта на ключ.
Сверху слышалось, как Марша суетится на кухне. Что ж, сама виновата...
-- Закрой глаза и расслабься? -- приказал он Силки.
-- Я расслабилась!.. -- В ее голосе по-прежнему звучал испуг. -- Этого,
что ли, недостаточно?
-- Конечно, конечно, -- мрачно согласился Джек. -- Все просто
замечательно. Послушай, а что, если ты сбросишь обувку и сядешь по-турецки?
Вот увидишь, Равель будет восприниматься совсем по-другому.
Силки послушно сбросила белые кроссовки и, подтянув ноги, уселась
по-восточному.
-- Очень мило, -- проговорила она с грустью.
-- В сто раз лучше, правда?
-- Ага.
И тут неожиданный приступ отчаяния накатил на Джека.
-- Все бесполезно, -- подавленно забормотал он. -- Ничего не получится!
-- Что не получится, Джек?
-- А, не важно!
На пару минут повисло гнетущее молчание. Потом Силки тихо и осторожно
тронула Джека за руку:
-- Мне очень жаль.
-- Мне тоже.
-- Я виновата, да?
-- Немного. Так сразу не объяснишь.