Филип Дик. Доктор Будущее - Глава 7
47 >
Никакого движения. Ни единого признака жизни.
После многих неудачных попыток ему удалось посадить корабль. Он
осторожно раз драил люк.
В кабину ворвался едкий ветер. Пахло эрозией. Ветхостью. Воздух был так
разрежен, что едва годился для дыхания. И все же Парсонс ощутил слабое
прикосновение тепла. Он вышел из корабля. Ноги вязли в легко крошащейся
песчаной корке.
Впервые в жизни он стоял на чужой планете. Он окинул взглядом небо и
заметил на горизонте легкую дымку. Облака? И что это за черная крапинка
исчезла в них? Птица?
Тишина пробуждала страх.
Он шагал. Камни под ногами, камни и пыль. И ни капли воды кругом. Он
нагнулся, зачерпнул горсть песка. Сухие, жесткие крупицы...
Поблизости он увидел груду валунов и выветрелого щебня. И в холодной
тени камней - редкие серые пятнышки лишайника.
Он взобрался на самый большой валун и заметил вдалеке явно
искусственное образование - след глубокого рва. К нему-то он и направился.
"Нельзя упускать из виду корабль", - предостерег он себя.
Ступая по песку, он обнаружил новый признак жизни. На запястье села
муха. Пробежала по руке и скрылась. Муха - одно из самых вредных насекомых.
Но все-таки лучше ее общество, чем полное одиночество в этой мертвой
пустыне. В таком контексте судьба ее биологического вида жалка и вместе с
тем трагична.
Между прочим, если муха сумела выжить, значит, тут есть органика. Что,
если где-нибудь - возможно, на другой стороне планеты - поселение? Колонии
для заключенных. Да, как насчет них? Если, конечно, он не прибыл задолго до
или многим позже. Ну, ничего.
Как только он научится управлять кораблем...
Вдали что-то блеснуло. Приблизившись, он различил поставленную на попа
каменную плиту. Ориентир?
Затаив дыхание, увязая в сыпучем песке, он вскарабкался на бархан.
В слабых лучах рубинового солнца стоял гранитный блок, покрытый
зеленоватой коркой окислов. На одной из граней блока Парсонс с трудом
разглядел привинченную в центре металлическую пластину.
Пластина была с гравировкой. Письмена, некогда глубокие, успели
стереться почти начисто. Парсонс опустился на корточки и попытался прочесть.
Большую часть текста разобрать было невозможно, но крупные буквы наверху он
узнал.